В интервью "Национальному журналу" Борис Березовский рассказал о своем отношении к российской оппозиции.

- Я никогда не скрывал, что выделял средства на поддержку демократических сил на Украине, на поддержку независимых от кучмовского режима средства массовой информации. Я давал деньги на строительство гражданских институтов, тоже независимых от кучмовского режима. Я давал деньги на рекламу реформ на Западе, которые в то время собирались делать Ющенко и Тимошенко. И никогда этого не скрывал. На эту поддержку ушло порядка 40 миллионов долларов.

Я никогда не давал ни одной копейки «Маршу несогласных». Вернее – инициаторам этого движения. По двум причинам. Во-первых, я не считаю эффективным то, что они делают. То, что происходит на «Маршах несогласных» - это абсолютно недостаточно, этот крайне мало. Во-вторых, ко мне никто не обращался с такой просьбой. Применительно к «Маршам несогласных» я считаю, что им вредно давать деньги, поскольку то, что происходит, делается пока в очень ограниченном масштабе. Все происходит естественно, но не эффективно.

Нынешняя российская оппозиция – не эффективна. А эффективен – силовой перехват власти, о чем я уже неоднократно говорил. И поэтому и за рубежом, и внутри страны я финансирую тех, кто разделяет мою точку зрения. Тех, кто как и я считают, что в России режим нелегитимный, неконституционный, а режим авторитарный. Авторитарный режим никогда не расстанется со своей властью путем демократических процедур.

Поэтому я финансирую тех, кто разделяют мою точку зрения о необходимости силового перехвата власти, суть которого может быть различна. Это и то, что произошло в Грузии, и то, что произошло на Украине. Причем, это не единственные примеры силового перехвата власти. Хотя сценарий может быть и другой. Единственное, что я никогда не утверждал, и хочу это подчеркнуть, я никогда не говорил ни о каких переворотах, никогда не говорил о кровопролитии. Я говорил о вполне мирном силовом перехвате власти. Именно это я финансирую и за рубежом, и в России.

Касьянов и Каспаров – малоэффективны. Но они и не причиняют вреда в борьбе с этим режимом. В моей борьбе важно другое – то, что в высших эшелонах российского чиновничества порядка 80% людей, которые разделяют мою точку зрения. Это те люди, которые осознали, что если они будут продолжать сотрудничать с этой властью или будут частью этой власти, то они будут нести наказание как соучастники преступлений, которые совершает этот режим.

Поверьте, Путин обречен сидеть в тюрьме, просто обречен. И те люди из чиновников, которые это осознали, сотрудничают со мной. Именно с такими людьми я и работаю, таких людей я и финансирую. Люди, которые это осознали, безусловно, не хотят разделить участь Путина. С ними я и поддерживаю контакты.

Кстати, заявление Виктора Геращенко (с которым я, к сожалению, последний раз общался очень давно) о его решении баллотироваться на пост президента России, подтверждает мою мысль о том, что даже среди чиновников высшего ранга созрело понимание необходимости смены режима.